К основному контенту

Паутина (заключительная часть "Паразита")

Мне снились пауки. Они заполняли собой каждую комнату в квартире, не было ни одной поверхности, где отсутствовали эти мерзкие твари. Не то чтобы я их боялся, но со мной согласится любой: когда полчища пауков облепляют диван или заполняют все тарелки - зрелище не из приятных.
Из сна меня выдернул страшный грохот. Я сел на кровати, откинув одеяло. Голова гудела так, словно вчера я много выпил. Отвратительно. Свесил ноги, натянул носки. На тумбочке стояла чашка с недопитым чаем. Я сделал глоток и сморщился. Лучше бы я этого не делал. Грохот повторился.
С трудом переставляя ноги, я направился на кухню, где застал Архимеда и опрокинутые стулья. Увидев меня, Архимед спрятал руки за спину, отступил к окну.
- В чем дело?- прохрипел я.
- Все отлично!- выпалил Архимед. Я понял, что стулья перевернул он. Мои брови удивленно поползли вверх.
- Серьезно?- протянул я, отправляя чашку в раковину к остальной немытой посуде. Да ж такое, когда у меня получится соблюдать порядок. Недавно только ведь проводил уборку и вот, опять. Вспомнив свой сон, я торопливо отошел от раковины, ожидая, что пауки полезут из тарелок.
- Представляешь, у меня все лучше получается двигать предметы,- Архимед не смог долго сдерживаться, потому решил немедленно поделиться со мной этой радостью. Я поднял большой палец вверх.
- Был бы еще толк от этого умения,- пробормотал я. Архимед закатил глаза.
- У тебя хотя бы иногда бывает хорошее настроение?
Я вернул на место один из стульев, сел. Голова продолжала болеть.
- Конечно,- пробурчал я, массируя виски,- ты молодец, все дела, но с чего вдруг моя кухня превратилась в комнату для тренировок?
Архимед пожал плечами. Потому что я только возмущаться могу и ничего ему не сделаю. Будь на моем месте какая-нибудь религиозная тетка, она бы позвала священника и Архимед распрощался со своей послежизнью. Я особо не понимал как именно работали ритуалы человека, верящего в несуществующего персонажа из древней книги, но они работали. Почему не верил я? Черт его знает, но проще было поверить в упырей и прочих существ. По крайней мере, их-то я видел собственными глазами.
Пока я слушал Архимеда, взахлеб начавшего рассказывать про то, что он повытаскивал рекламные брошюры из почтовых ящиков жильцов, сложилось стойкое ощущение, что в затылок мне кто-то смотрит. Я поежился, по коже пробежали мурашки.
- А где наш товарищ?- я кивнул на место, где обычно сидел Пиявка. Архимед как-то сразу поник.
- Не знаю, не видел его уже несколько дней.
Точнее сказать, четыре дня. Это рекорд. Я нахмурился. Обычно Пиявка и дня не может удержаться от того, чтобы не явиться.
- Что говорят остальные?- поинтересовался я, ероша и без того всклокоченные волосы. Архимед перевернул стул, подтащил его к торцу стола, сел напротив меня.
- Остальные вроде как не обратили на это внимания. Мы же с ним в основном с тобой общаемся.
- Вот как,- вздохнул я, стараясь не думать о том, что Пиявка запропастился. С чего бы мне вообще о нем беспокоиться?
- Ну а с кем еще нам общаться? С Полбашкой, что ли?
- С кем?- я невольно улыбнулся, услышав смешное слово.
- Ну девчонка эта, у которой головы почти нет, я ее про себя называю Полбашки.
Я громко расхохотался. Ну надо же, оказывается, Красная шапочка еще не самое дурацкое прозвище. Интересно, а сама Шапка знает как ее называют?
- Имени-то она нам не сообщала,- недоуменно глядя на меня, вытирающего выступившие от смеха слезы, пробормотал Архимед,- ты ее по-другому зовешь?
- Красная шапочка,- выдавил я, успокаиваясь. Архимед улыбнулся.
- Наверное, и у меня прозвище имеется?
Я почесал подбородок, не зная, признаваться ему или нет.
- Есть, да.
- Какое же?- Архимед подался вперед.
- Архимед.
Парень недоуменно смотрел на меня, а потом тоже засмеялся.
- Это из-за того, что я в ванной с собой расправился?
- Как поэтично сказал,- хмыкнул я,- говори проще: вскрылся и затопил соседей.
Архимед цокнул языком. Ощущение того, что в затылок мне кто-то пристально смотрит никуда не делось и я невольно обернулся. По стене будто пробежал большой черный паук и скрылся в тени. Я нахмурился сильнее прежнего, включил свет в кухне, внимательно оглядел потолок и стены, вышел в коридор, проделал то же самое.
- Что там?- спросил Архимед, привстав со стула и последовав за мной.
- Ничего,- задумчиво произнес я, выключая свет,- кстати, а как тебя зовут на самом деле?
Странно, что только сейчас мне пришло в голову это узнать. Архимед поджал губы.
- Почему-то не помню.
- Так может и Шапка не говорит свое имя, потому что не помнит,- я полез за аптечкой, чтобы найти таблетки от головной боли,- неудивительно, кстати. Я бы тоже не помнил как меня зовут, если бы остался без половины головы.
Таблетки оказались бесполезными. Головная боль никуда не исчезла ни через час, ни через два. За это время я успел перемыть всю посуду, опасливо дотрагиваясь до каждой тарелки и расставляя их в шкафчике. У Архимеда было задание: суметь принести из гостиной шахматную доску, поставить на стол и водрузить все фигурки на черно-белые клетки. Правда, когда я закончил, Архимед только дотащил доску до кухни.
- Неплохо получается,- сказал я, открывая форточку. Архимед выронил доску и фигурки выпали на пол.
- Черт бы тебя побрал, бесполезный кусок дерева!- ругнулся парень, сжимая кулаки. Я так понял, что иногда у него получалось передвигать предметы с легкостью, а иногда вещи сыпались сквозь пальцы.
- Не такой уж и бесполезный,- я достал сигареты и зажигалку, стараясь не зацикливаться на головной боли, которая пульсировала в висках, расшибала изнутри лоб, колола иголками затылок. Я невольно склонял голову то на один бок, то на другой, надеясь, что это хоть как-то поможет. Архимед поднимал по одной фигурке, через раз роняя их. Пока я курил, на столе выстроился ряд черных пешек во главе с белой королевой. Архимед, пусть и ругался, но не бросал занятие на середине.
- Я в аптеку,- буркнул я, потушив сигарету в пепельнице. Я грешил на то, что возможно, у таблеток закончился срок годности и потому они не помогают.
- Помог бы,- Архимед не удержал фигурку слона.
- Сам давай,- отрезал я,- это ведь тебе нужно.
Я вышел в коридор и совершенно четко увидел, как от меня разбегается вереница пауков. Боль в голове била навылет. Теперь я хорошо понимал тех, кто кончает жизнь самоубийством, намучившись от боли. Пусть мучался всего ничего, но желание взять в руки ружье и разукрасить стены узором из серого вещества, оказалось очень соблазнительным.
К моему удивлению, боль ослабла уже на выходе из подъезда, а когда я отошел от дома на приличное расстояние, и вовсе утихла. До аптеки я все-таки дошел, чтобы насладиться облегчением в полной мере. На обратном пути зашел в магазин, чувствуя, что домой возвращаться не хочется. А вдруг боль снова вернется?
Так и произошло, едва я вошел в подъезд и добрался до почтовых ящиков. Из моего ящика торчали газеты, которые я вытащил со злостью. Нужно лечь поспать. Предварительно закинуться новыми обезболивающими, обнять подушку, укрыться одеялом с головой. Ну и что, что я встал не так давно и в окна заглядывает утро.
Злость на боль стала сильнее еще и потому, что мне хотелось сыграть в шахматы с Архимедом, но с такой тяжелой головой сил хватило только, чтобы снять куртку и кроссовки, запить таблетки водой и добраться до спальни, где я не раздеваясь рухнул на кровать.
Закрыл глаза. Из-за стены доносился едва уловимый шорох. Тихий шелестящий голос о чем-то рассказывал.
Стена оказалась расчерчена паутиной, а в углу под самым потолком сидел огромный черный паук и голос принадлежал ему. Потолок устремился ввысь, паук стал больше, а я просто стоял и смотрел, как разрастается паутина. Голос уговаривал дотронуться до серебристых нитей. Я покорно протянул руку, но из ниоткуда появился другой голос, грубее и ниже. Он говорил, что нельзя трогать, иначе меня сожрут. Паук принялся спускаться ко мне, шевеля своими волосатыми лапами.
- Проснись!- кто-то гаркнул прямо над ухом. Я открыл глаза. За окном темно. Голова все еще болела, но не так сильно как утром, чего мне было вполне достаточно.И на том спасибо. “Проснись” звенело в ушах.
Я огляделся по сторонам. В комнате все по-прежнему, никакого паука, нет и его паутины. Только лампа горит на тумбе. Я протер глаза. Совершенно точно помню, что я ее не включал. Ущипнул себя на всякий случай, вдруг продолжаю спать. Рука покраснела и я зашипел от боли. Нет, не сон.
Везде темно, кроме спальни. Я прошел на кухню, включил свет. На столе стояла шахматная доска с ровно расставленными фигурами. Как послание от Архимеда о том, что ему все-таки удалось.
Я подхватил пачку сигарет и, не обращая внимания на недовольное урчание желудка, вышел в подъезд, обувшись и набросив на плечи куртку. Вышел и остолбенел. Вся лестничная площадка была затянута серебристой паутиной. Я решил спуститься не на лифте, а по лестнице. Паутина повсюду. Обвивала перила, лежала обрывками на ступенях. Оплетена ею каждая дверь, каждое окно. В подъезде было так тихо, что я невольно подумал о том, что оглох пока спал. Но нет же, свои шаги я слышал.
На лавке возле входа в подъезд сгорбившись сидел старик, который жил на втором этаже. Я редко видел его, поскольку у старика были больные ноги и он предпочитал отсиживаться дома. Возле соседа - трость, прислоненная к лавке. Старик курил, глядя перед собой.
- Добрый вечер,- сказал я,- можно присяду с вами?
Сосед поднял на меня выцветшие глаза, которые в свете фонаря казались белесыми.
- Доброй ночи тогда уж,- проскрипел сосед, с трудом двигаясь, освобождая мне место.
- А который час?- я достал зажигалку и сигарету. Головная боль отступила и я блаженно улыбнулся закуривая.
- Два,- старик порылся в карманах и тоже достал помятую пачку, глянул на меня, недовольно цокнул. Ого, долго же я спал.
- Что за гадость вонючую ты куришь? На вот, угощайся моими.
- Нет, спасибо, я привык курить именно эту гадость. Другую не хочется,- ответил я, глядя на окна дома. В некоторых все еще горел свет.
Сосед пожал плечами, извлек коробок со спичками.
- А вы чего тут сидите?- полюбопытствовал я, сделав затяжку.
- Да понимаешь какое дело,- старик выдохнул густой дым,- голова болела страшно. Вышел на минутку сюда - полегчало. Вернулся, взял чего потеплее и решил посидеть подольше.
Он закряхтел, устраиваясь поудобнее.
- Засиделся, однако,- крякнул сосед,- надо бы обратно идти, только не хочется.
- Почему?
Старик махнул рукой, отвечать не стал. Я и не настаивал. Наверное, возвращался в квартиру и голова начала болеть с новой силой. Докурив, я оставил соседа, решив сделать пару кругов вокруг дома. Когда боль утихла окончательно, ко мне вернулась способность адекватно мыслить. Ну, настолько адекватно, насколько я вообще мог.
Происходило что-то плохое и опять в моем доме. Я усмехнулся. Не удивлюсь, что новая проблема в соседской квартире. Нехорошая она.
Меня начинало волновать отсутствие Пиявки. Я остановился возле того места, где был закопан упырь, снова поднял голову к окнам. На последнем этаже, в окне подъезда, я увидел женский силуэт, который тут же пропал, словно незнакомка понимала, что на нее смотрят.
Когда я открывал ключом свою дверь, увидел, что дверь, где жил сосед-алкаш, распахнулась. На площадку вышел невысокий молодой человек. Его лицо было серым, как будто припорошено пылью. Наверное, квартиру уже сдали.
- Доброй ночи,- сказал ему я. Парень кивнул мне, начал спускаться по лестнице, при этом что-то усердно вытирая с лица.
- Вот ты где!- из стены возникла голова Архимеда,- пойдем сыграем?
- Что-то не хочется,- вздохнул я, проходя в прихожую. Архимед поник, недовольно наблюдая за тем, как я разуваюсь. Головная боль вернулась и мне захотелось завыть.
- Ты ничего не заметил нового в подъезде?- процедил я сквозь зубы. Архимед снова просунул голову через стену.
- Ничего такого, чему можно удивляться,- он пожал плечами. Я потер лоб.
- А паутину видишь?
- Какую паутину?- Архимед вытаращился на меня. Ну вот и приехали.
- Вся площадка в паутине. Не только эта, все остальные тоже, как и лестница. Вообще все,- выдохнул я, указав в сторону входной двери.
- Нет там ничего,- Архимед еще раз удостоверился в том, что видел.
- Класс,- у меня почему-то дрожали руки,- значит, я окончательно двинулся.
- В плане окончательно? Ты здоров что ли был?- Архимед усмехнулся. Я пошел на кухню, сел за стол. Шахматные фигурки стояли прямо передо мной.
- Надеялся на это,- прошептал я и одним движением смахнул фигурки со стола. Боль усиливалась, давила на глаза.
- Э! Ну вот зачем?- возмутился Архимед,- я так долго их расставлял!
Я ничего не ответил, только достал новую порцию таблеток, налил воды в стакан. Взгляд упал на баночку со снотворным, которую я купил сразу после случая с упырем, поскольку засыпалось очень плохо. Достав одну таблетку снотворного, я закинул ее в рот ко всем остальным. Запил стаканом воды, вернулся в спальню, вновь лег на кровать. Архимед поплелся за мной.
- Уйди, пожалуйста,- тихо сказал я, однако он не послушался. Архимед сел на край постели, обеспокоенно глядя на меня.
- Если я не вижу то, о чем ты говоришь, не значит, что этого не существует.
- Просто, блин, уйди. Ладно?
Архимед хмыкнул и скрылся в стене, напоследок буркнув:
- Что за истерик!
Отвечать не было смысла и желания. Пока сознание не успело затуманиться из-за действия снотворного, я судорожно соображал что делать. Может быть, у меня опухоль головного мозга? Мелькнула мысль залезть в интернет и погуглить симптомы, но не стал ей поддаваться, иначе смогу нарыть симптомов не только на опухоль, а на бубонную чуму. Так, стоп. Отставить панику. Сосед, с которым мы сидели на лавке, тоже упомянул головную боль, что утихала вне дома.
Я провалился в дрему. Падение было мягким, приятным, словно неторопливо опускаешься в теплую густую воду.
В углу моей комнаты снова была паутина, вот только того, кто ее сплел не оказалось на месте. Потолок терялся в вышине, за окном мечутся какие-то тени, которые поочередно шептали моё имя разными голосами.
Я открыл дверь в коридор и остановился на месте. Шагу нельзя ступить из-за паутины, которая превратила коридор в непроходимые дебри. За спиной послышалось шуршание, легкий звон. Так звенят струны из-за слишком сильного натяжения. Еще секунда и я был готов услышать треск. Я медленно повернулся, ощущая, что тело совсем не слушается. Вместо паука я увидел молодую девушку, восседающую на паутине. Она просто смотрела на меня со странной ухмылкой.
- Проснись!- прозвучал знакомый голос. Девушка улыбнулась шире, протянула ко мне руки.
- Проснись, иначе тебя сожрут!- донеслось издалека. Я стоял на месте как вкопанный, пошевелиться невозможно. Голос затих. Рот девушки трансформировался в уродливые жвала.
Я открыл глаза. За окном светло, в спальне все по-прежнему.
- Нашел его,- прошептал мне в ухо Архимед. Я медленно сел, свесил ноги с кровати.
- Кого?- спросил я. Головной боли не было, ну, почти не было. Зато перед глазами все плыло. Тело как будто перемололо. Да, несомненно, такой эффект у меня бывал от снотворного, но чтобы настолько сильно.
- Как это кого?
Он нашел Пиявку. Память подсказала, что тот не появлялся несколько дней. Но ведь я вроде бы вчера помнил сколько именно дней прошло с его последнего визита?
Ничего не понимаю. Или это было не вчера? Рука потянулась за очками. Когда я их надел, то предметы приобрели четкие очертания. Как и лицо Архимеда.
- С тобой все нормально?- он внимательно смотрел на меня,- ты какой-то не такой, как обычно.
Прямо по ковру пробежало несколько пауков, отчего я инстинктивно поджал ноги, едва удержавшись, чтобы не вскрикнуть. Ненавижу пауков.
- Видишь пауков?- наблюдая за ними, спросил я у Архимеда,- вон, поднимаются по стене.
Архимед покачал головой. Отлично, просто отлично.
- Где ты нашел его?- я натянул носки, что далось с трудом. Руки не слушались, тряслись.
- Когда ты ел в последний раз?- Архимед уселся на ковер и буквально в сантиметре от него пробежал еще один паук. Я вытер лицо, потому что появилось ощущение, будто к щекам что-то прилипло. Так бывает, когда гуляешь по парку, например, идешь среди деревьев и вот. Паутина. Потом еще целый день не избавиться от чувства, что она все еще на лице.
- Не знаю,- пробормотал я. Я старался вспомнить хоть что-то, но, казалось,что большую часть воспоминаний у меня просто забрали.
Приняв душ и переодевшись, я поспешил на второй этаж. Паутины стало еще больше. Дверь старика, с которым я курил возле подъезда, открылась не сразу. А курил ли?
- Ты кто?- спросил сосед. Я часто заморгал глазами, немного опешив.
- Ваш сосед,- неуверенно произнес я, нервно перебирая пальцами ключи в кармане.
- Не знаю я тебя,- покачал головой старик, убирая с лица серебристые ниточки, но не видя, что именно убирает,- чего надобно?
- У вас давно болит голова?
- У тебя болит, проваливай!
Дверь захлопнулась. Я повернулся к лестнице, чтобы подняться на свой этаж, пока помнил где живу, и столкнулся с Архимедом.
- Пошли чего покажу,- он махнул мне рукой. Мы долго поднимались на последний этаж, который почти наглухо был затянут паутиной. Я выдохся и присел на ступеньки, чтобы перевести дыхание. Тело как будто совсем ослабло.
- Неужели ты ничего не замечаешь?- простонал я, вытягивая ноющие ноги. Архимед вдруг резко присел на корточки и приложил палец к губам. Я открыл рот, чтобы спросить к чему такая конспирация, но Архимед мотнул головой, мол, нет, молчи, жестом велел мне подняться. Я нехотя подчинился.
Архимед подвел меня к мусоропроводу, приподнял его крышку. В мусоропроводе все сплошь затянуто паутиной, ничего не разглядеть. Однако я все же что-то увидел. Зеленые огоньки, просвечивающие сквозь паутину. Глаза Пиявки. Архимед опустил крышку обратно и потянул меня вниз по лестнице.
Когда мы спустились до самых почтовых ящиков, где паутины было не так много, Архимед, наконец, заговорил.
- Что за театр пантомимы?- буркнул я, хлопая себя по карманам. Сигареты я забыл в квартире.
- Тебе нужно научиться блокировать разум или попросить кого-то помочь в этом,- прошептал Архимед, опасливо озираясь по сторонам,- Полбашки, которая шарахается по квартирам, чтобы смотреть телек вместе с жильцами, сказала о том, что сегодня многие не проснулись, как будто впали в кому. Еще сказала, что дети тоже видели пауков и паутину, жаловались на боли в голове родителям.
- А ты так и не увидел паутину?- тоже прошептал я. Архимед мотнул головой.
- Нет. Я видел только, что наш приятель находится в подвешенном состоянии и во рту у него что-то торчит.
- Почему мы разговариваем шепотом?- почти одними губами спросил я.
- Сдается мне, что в нашем доме снова появился чужак и он куда хитрее двух предыдущих.
Сказать, что я почувствовал облегчение, значит не сказать ничего. Конечно, не слишком-то здорово, что дела катятся по наклонной, но то, что в ближайшее время мне точно не понадобиться отправляться в больницу, весьма радовало.
- Старайся не задерживаться долго, наверняка, чужак почувствует отсутствие хотя бы одного. Пока он не знает о том, что знаем мы, есть преимущество,- Архимед вытащил из почтового ящика рекламную листовку, скомкал и бросил в урну.

Я вышел на улицу и сразу почувствовал себя намного лучше. Правда, тут же стало холодно. Куртку я взять не додумался. Хотя, можно пока что прийти в себя и вернуться за ней. Блокировать разум. Проще сказать, чем понять как это сделать. Поежившись от холода, я внезапно понял кто может помочь. Быстро поднявшись к себе, схватив куртку и вернувшись на улицу, я присел на лавку. Где только искать?
Блуждая мимо соседних домой, я мысленно звал его. Ведь, по сути, я являюсь ему хозяином, так что проблем никаких не должно возникнуть. Наверное.
Черная морда с глазами, похожими на два пылающих солнца, появилась передо мной так неожиданно, что я даже отскочил.
- Быстро ты,- выдохнул я, чувствуя, как бешено колотится сердце. Паразит смотрел на меня сверху вниз. Он исхудал с момента нашей последней встречи. Возможно, в других домах сущностей маловато и как следствие получается недостаток питания.
- Э-э, как поживаешь?- спросил я. Паразит молчал, не спуская с меня глаз.
- Видимо, не слишком хорошо.
- Ну-у?- прогудело существо низким голосом, нервно дергая хвостом.
- Такое дело,- неуверенно начал я,- похоже, мне нужна твоя помощь. Взамен обещаю сытный ужин за мой счет.
Паразит молчал.
- Помощь,- наконец выдал он, почесывая когтем переносицу.
- Да, она,- подтвердил я, снова поежившись. Сильный ветер не давал согреться.
- Ужи-и-ин,- паразит оскалился.
- Ага,- кивнул я,- но не надо на меня так смотреть. За мой счет не значит, что я дам сожрать себя. И без тебя у кого-то другого это неплохо начинает получаться.
Паразит снова молча вытаращился. Редкие прохожие с удивлением смотрели на меня. Да, да, я сам с собой разговариваю, пожалуйста, проходите мимо.
- Собственно, что требуется,- я шмыгнул носом. Какая же отвратная погода. Честное слово, когда проектировали планету Земля, то кто ее просто перепутал с адом. А, нет, не перепутал.
- Что-о?
Вот почему он такой жуткий? Голос еще этот, как будто в металлическую трубу ветер задувает.
- Нужно сделать так, чтобы мой мозг был блокирован от вторжений извне, помочь разглядеть неприятеля. И само собой разумеется, что от него надо избавиться.
Паразит снова почесал переносицу. Его морда походила на морду льва, гривы только не хватало.
- Это можно,- паразит опустил ладонь мне на голову и меня как молнией ударило! Я как будто ослеп на мгновение. Согнулся пополам от страшной боли, словно мне на голову вылили расплавленного железа. Кричать, к счастью, не вышло. Язык прилип к нёбу, зубы склеились. Но получилось громкое мычание.
Зато когда паразит отнял руку и боль отступила, существо, ехидно ухмыляясь, сообщило:
- Порядок.
- С-спасибо,- просипел я, все еще стоя согнувшись. На лбу выступил пот. Внезапно стало так жарко, даже пришлось куртку расстегнуть. Уши заложило, я тяжело дышал.
- Теперь еда,- облизнулся паразит. Я, не разгибаясь, отрицательно помахал рукой.
- Нет, сначала прикончить ублюдка.

Увидев меня с паразитом, Архимед натуральным образом открыл рот.
- Ты сдурел? Я немного не это имел в виду, когда говорил про блок разума,- он с подозрением глядел на паразита, который, наоборот, не питал никакого интереса к Архимеду. Паразит прошел в гостиную, где относительно недавно я увидел, как он сожрал двух мальчишек-пакостников.
- Мы с ним договорились, тебя и других он не тронет,- я скинул кроссовки. Пока я поднимался на свой этаж, то не ощущал никакой головной боли. Не появилась она и в квартире.
- Да ты чего, поверил ему на слово что ли?- Архимед нервно усмехнулся.
- У нас вроде как особого выбора нет,- я развел руками. Макушка все еще горела от прикосновения паразита, но это были такие пустяки, по сравнению с той болью, которая не давала покоя. Архимед цокнул языком.
- Выбор есть всегда.
- Как ты, блин, любишь удариться во всю эту хрень!
- Какую именно?
- Рассказать душещипательную историю, чтобы расшевелить меня. И вот это вот,- я скривился,- выбор есть всегда. Так давай искать другие варианты. Что ты можешь предложить еще? Ведьму какую-нибудь местную найти?
Архимед нахмурился, пожал плечами.
- Всяко лучше, чем он.
- Ты серьезно думаешь, что где-то здесь поблизости имеется ведьма?- я почесал затылок.
- Упырь же нашелся.
- Тихо-о-о,- прогудел паразит, высунувшись из гостиной,- идет.
- Кто идет?- спросил я, но не получил ответа, поскольку паразит заслонил меня собой и зажал рот рукой. Через его плечо я видел, как по потолку пробежала тень. Коридор начало затягивать паутиной. Потолок будто рябью подернуло и спустя мгновение с него спустилось то, от чего я едва не забился в истерике.
Полудевушка, полупаук. Там, где у обычного человека начинались ноги, у нее были паучьи лапы, на концах которых имелись костяные наросты. Я нервно сглотнул, с ужасом таращась на паучиху. Складывалось впечатление, что кто-то не особо старательный просто абы как присоединил половину женского тела к волосатой туше паука. И где только нашел такого здоровенного.
Лица пока не было видно, хотя мне, в общем-то вполне хватило и туловища. Паучиха осмотрелась по сторонам, не обратив никакого внимания на Архимеда, лишь издала смешок при виде его кровоточащих запястий. Я жестом показал Архимеду, чтобы он проваливал. И как я раньше не замечал эту уродливую громадину? Она же наверняка не впервые сюда приходит. Паучиха повернулась лицом, на котором вместо рта были уродливые жвала. А потом мне стало нехорошо.
Так это же она мне снилась.
- Притащил еще одного,- паучиха смерила нас с паразитом взглядом, полным презрения,- правду мне сказали, что с тобой нужно поаккуратнее.
- Кто сказал?- выпалил я и паразит на меня зашипел, мол, заткнись, идиот, это не то существо, с которым можно непринужденно вести беседы. Паучиха заинтересованно посмотрела на меня, затем вскарабкалась обратно на потолок, повисла надо мной. При каждом ее движении я слышал неприятный цокот. Паучиха потерла ладони, растянула жвала в стороны. С них стекала вязкая белесая жидкость.
- Прекрати, меня сейчас вывернет,- я сморщился, потому что даже на упыря смотреть было приятнее. Паучиха протянула ко мне руку с длинными пальцами, но паразит ударил ее по ним. Паучиха тут же прижала руку к груди.
- Гаденыш,- произнесла она, сердито сверкая глазами, похожими на красные угольки,- откуда такой взялся только.
- Я его позвал,- все еще борясь со рвотными позывами, проблеял я, поскольку жидкость изо рта паучихи попала прямо на моё плечо и меня буквально скукожило от отвращения. Паучиха издала клокочущий звук, снова потерла руки.
- Позвал!
Паучиху затрясло.
- Неужто хозяин ему?
Паразит зарычал и паучиха гаркнула:
- Уймись, уродец!
У паразита глаза вспыхнули пуще прежнего и он словно стал выше. Паразит с легкостью ухватил паучиху за горло.
- Она - ужи-и-ин?
- Ну, если справишься,- я сделал осторожный шаг ко входной двери. Прежде, чем паучиха попыталась вырваться, я подхватил обувь, куртку и выбежал в одних носках на лестничную площадку. Пространство позади меня разорвал громкий гортанный вопль.
- Не оборачиваться,- бубнил себе под нос я, пока бежал вниз по лестнице, перепрыгивая сразу несколько ступеней,- не смотреть назад.
Дыхание удалось перевести только, когда я выскочил из подъезда и опустился на лавку возле него.
- Доброго дня,- ошалело глядя на меня, выдал какой-то парень.
- Доброго,- выдохнул я, усевшись на лавку. Лицо смутно знакомое. Стоп, я же видел его раньше, он выходил из соседской квартиры.
- К-как дела?- слегка заикаясь спросил я. Парень недоуменно смотрел на меня.
- Спасибо, неплохо, но бывало и лучше.
- Закурить не найдется?
Парень сел рядом, достал из кармана пачку сигарет и коробок спичек.
- Как дом?- закурив, поинтересовался я. Голос дрожал, как и руки. Сердце прыгало в груди, колотясь об ребра.
- Неплохой,- парень тоже достал сигарету, но закурить не успел, поскольку подвис от моего следующего вопроса.
- Пауки не беспокоят?
Он уставился на меня, а потом нервно рассмеялся.
- Видимо, н-нет,- я пытался унять дрожь в руках,- а вот меня очень, достали просто.
В ушах все стоял вопль, который я услышал, сбегая из квартиры. Он то стихал, то усиливался.
- Еще весь подъезд в паутине, кошмар,- я выдохнул дым. Парень так и сидел, замерев и глядя на меня.
- Ее же не должно быть видно,- пробормотал он, затем поджил губы, понимая, что сболтнул лишнего.
- Ага,- кивнул я,- значит, с той красоткой ты тоже знаком.
- Не понимаю о чем речь,- пробубнил парень, пряча сигареты и вставая с лавки.
- Да ла-а-адно,- протянул я,- все ты понял.
Парень направился к подъезду, тихо выругавшись.
- Эй, эй!- выкрикнул я,- неужели ты не боишься, что она тебя сожрет? Я, конечно, не в курсе какой у вас договор, но такие обычно не церемонятся ни с кем.
Парень резко повернулся, в два шага оказался возле лавки.
- Она меня любит, ясно тебе? И я ее люблю, даже после того, как она стала этим.
- А, так у вас любовь, что ж ты сразу не сказал. Это в корне меняет дело,- хмыкнул я,- но было бы просто отлично, если вы свалите куда подальше. Видишь ли, твоя подружка - причина моей сильной головной боли.
Я снова затянулся.
- Боль переношу отвратительно. Мне хочется как можно быстрее избавиться от ее источника. Но в данном случае источник - не моя собственная голова, иначе бы просто отпилил ее.
- Послушай, я…
- Нет, это ты послушай!- гневно проорал я, бросив окурок на землю,- мне не составит труда сжечь вашу квартиру к чертям собачьим, потому что этой дряни не должно быть тут!
Парень замолчал, сцепил зубы.
- Не называй ее так,- произнес он после некоторой паузы. Парень сел на лавку, спрятал лицо в ладонях.
- Как не называй, то, что она творит, может погубить много людей,- вздохнул я, чуть-чуть успокоившись. Парень возвел глаза к небу. Наверное, он был несколько младше того возраста, на который выглядел, потому что голос никак не соответствовал его внешнему виду. Голос у него был звонким, чистым, а лицо при ближайшем рассмотрении испещрено морщинами.
- Почему ты еще не сбежал?
Парень горько усмехнулся, закрыл глаза.
- Во снах я вижу ее такой, какой она была раньше. И от этого только хуже, потому что я до сих пор не теряю надежды на то, что все исправится.
- Серьезно?- спросил я, почесывая нос.
- Да.
Парень нехотя рассказал о том, что пока учился в университете, влюбился в девушку, про которую ходили нелестные слухи. Мол, она сплетница, вечно лезет в чужую жизнь. Многие жаловались, что она пользуется другими, часто подставляет своих одногруппников и все ей сходит с рук. Однако, глядя на миловидное личико с наивной улыбкой и глазами, светящимися от невинности, парень не мог в это поверить. Он видел в девушке разностороннюю личность, с которой интересно общаться. Она говорила, что слухи только слухи и ничего больше. И он ей верил.
Она говорила, что у нее появилась близкая подруга, девчонка из деревни, которая тоже не доверяла слухам, однако про саму эту подругу поползли сплетни. Мол, странная девчонка не от мира сего, с родословной, состоящей поголовно из ведьм. И эта странная девчонка в пылу ссоры из-за пропавших конспектов, в сердцах выкрикнула проклятие. Девушка только посмеялась, ведь ну кто станет обращать внимание на слова деревенской дурочки.
- И как звучало это проклятие?- спросил я. Будет ли наглостью попросить еще одну сигарету?
- Пропади ты пропадом, только и умеешь, что плести паутину из своих злых слов,- парень поерзал на лавке. Мне стало немного не по себе. Надо же, а дурочка-то не обманула про родословную.
- Дай угадаю,- улыбнулся я,- с твоей девушкой что-то произошло и вернулась она огроменным монстром.
- Попала в аварию. Ей оторвало нижнюю часть тела.
По спине побежали мурашки, потому что я вспомнил о своих мыслях касательно нелепости и уродства крепления половины девушки к паучьим лапам.
- Н-да,- только и смог сказать я. У парня были глаза на мокром месте. Кошмарная смерть, конечно. Даже если случилось так, что его девушка была не самым приятным человеком, подобной гибели не пожелаешь никому.
- Не хочется тебя расстраивать еще сильнее, но если паучиха до сих пор не мертва, то я действительно подожгу квартиру.
Парень наморщил лоб.
- До сих пор не мертва?
Он вскочил на ноги и бросился к подъезду. Я не стал рассиживаться и побежал вслед за ним. Однако то, что мы увидели внутри, заставило нас обоих застыть на месте. Паутины нигде не было.
- Боже,- прошептал парень и рухнул на колени.
- Вряд ли он, конечно,- я похлопал его по плечу и стал подниматься по лестнице. Паутина пропала с каждого этажа, с каждой двери. Я изо всех сил понесся на самый последний этаж, где увидел Пиявку, который недовольно сопел, выбираясь из мусоропровода.
- Не думал, что скажу это, но рад видеть тебя,- улыбнулся я. Пиявка поковырялся в пасти, выплюнул что-то из нее и по полу покатился обломок костяного нароста, похожий на те, что были на лапах паучихи.
- Вот же гадина,- прохрипел Пиявка,- мало того, что замотала меня в паутину, так еще и это сунула.
Нарост был продолговатым. Это навело меня на мысль, что он использовался как распорка. Значит, Пиявка представлял для паучихи угрозу, раз она от него избавилась.
- Не ты ли ей сказал о том, что со мной лучше не иметь дел?
- Она же вряд ли уцелела, правда?
Я понял, что голос Пиявки будил меня, когда в своем сне мне хотелось дотронуться до паутины.
Мы вдвоем спустились на мой этаж. Я осторожно приоткрыл дверь квартиры и тут же отшатнулся, чтобы высвободить все содержимое желудка. Весь коридор был изгваздан в черной жидкости, а паразит доедал голову паучихи. Ее оторванные лапы валялись у входа в кухню. Меня вывернуло еще раз. Потрясающее везение. Мало кому удается умереть одной и той же смертью дважды. Конечно же, вряд ли паучиха умерла именно из-за оторванных лап (и я снова согнулся), поскольку чуть поодаль лежало и нечто, напоминающее сердце.
- Ни хрена себе!
Я повернулся на голос Архимеда, поскользнулся и упал, больно ударившись головой об пол. Я проваливался в темноту и слышал испуганные вопли Пиявки.

Пока я валялся в больнице (спасибо даже не знаю кому говорить за вызванную “скорую”), мне постоянно снился один и тот же сон. Вот я лезу на дерево и падаю с него, а потом тут же оказываюсь в своей квартире, где очень темно и жутко. Только на кухне горит свеча, но едва я к ней подхожу, как пламя гаснет.
После того, как врачи сошлись во мнении, что со мной относительно все в порядке, я вернулся домой. Там было все по-прежнему, за исключением того, что в коридоре не осталось ни единого упоминания о паучихе. Я усмехнулся, подумав о том, что паразит, наверное, вылизал коридор как вылизывают тарелки после очень вкусного блюда.
Прошло пару дней, а я так и не увидел ни Пиявки, ни Архимеда, хотя иногда мне казалось, что я слышу их голоса. Как не увидел и своего соседа, который съехал, о чем мне сообщила недовольная сестра предыдущего владельца.
Когда я не встретил никого из сущностей через две недели, мне стало ясно почему. Две недели я периодически слонялся по подъезду, даже заглянул на технический этаж. Никого.
Треснувшись головой об пол после падения, я просто-напросто потерял возможность общаться с теми, кто не принадлежит миру живых. Сначала это открытие обрадовало, ведь я был предоставлен сам себе, занимался своими делами, от которых меня иногда отвлекали, даже сделал уборку. Но стоя в надраенном коридоре и прислушиваясь к звукам дома, ожившего после исчезновения паучихи, я ощутил себя страшно одиноким и пустым, как будто я лишился чего-то очень важного. Мне не хотелось признавать того, что я просто-напросто соскучился по разговорам с Архимедом и по Пиявке, выводящего своим заунывным голосом романсы, подслушанные у пожилой соседки. Правда, когда я признался себе в том, что мне действительно их не хватает, стало легче.
Иногда краем глаза я замечаю какое-то мельтешение в комнатах, кажется, что слышу чье-то бормотание, слышу цокот копыт в подъезде. Я здороваюсь вслух с кем-то теперь невидимым и надеюсь, что услышу приветствие в ответ.
Иногда на шахматной доске в кухне расставлены все фигурки, задернуты шторы или перевернут стул.

Иногда некоторые фигурки двигаются при мне, делая ход. Я улыбаюсь и делаю свой.



Популярные сообщения из этого блога

Паразит.

За стеной кто-то громко закричал, я вздрогнул и проснулся. Горела лампа, очки съехали на кончик носа, книжка валяется на полу. Следом за криком последовал глухой удар, будто что-то бросили на пол. И снова вопль.
В углу у окна, забравшись под полупрозрачные занавески, согнувшись в три погибели, сидел Пиявка. - Ты опять этого старого алкаша донимал?- поинтересовался я, сев на кровати, пытаясь сообразить который сейчас час. Приплюснутая морда, как у нетопыря, осторожно выглянула из-за занавески. Сосед продолжал орать. - Вроде же договорились, что соседей справа и слева ты не трогаешь,- я откинул одеяло, потер глаза, свесил ноги с кровати. Пиявка выбрался из-за занавесок, хлопая своими огромными зелеными глазами, которые в темноте светились, как у кошки. - Да я ж маленько,- ответил он мне словами того самого алкаша, который сейчас метался за стенкой. Вообще Пиявка мало разговаривал, однако со мной почему-то он мог выдавить из себя пару фраз, которых набрался от людей, живущих в нашем доме…

Сапожок.

Макс поднял глаза к хмурому небу, затем беспомощно обвел взглядом мрачные деревья. Казалось, что они подбираются к пареньку все ближе, постепенно смыкаясь вокруг него в плотное кольцо.
Юноша угрюмо смотрел на то, как Пряник неуклюже ковыляет за ним, крепко-накрепко вцепившись в детский резиновый сапожок нежно-голубого цвета.
- Устал?- спросил юноша, сбрасывая рюкзак на опавшие листья. Пряник закивал, приостановившись и свесив голову на бок, вывалив из раскрытой пасти длинный розовый язык. Запыхался, бедняга.
Пряник подошел поближе к Максу, а потом сел на землю, по-хозяйски разложив на траве длинный хвост.
- Надо бы поесть,- вздохнул паренек, усаживаясь рядом с Пряником. Тот выжидающе посмотрел на паренька, засвиристел, нетерпеливо заерзав на месте.
- Да как так можно, одно сладкое жрать!- паренек принялся рыться в рюкзаке.
Пряник захныкал. Не выпуская сапог из лапок, он пододвинулся к рюкзаку Макса, что-то пропищал. Его странная мордочка, отдаленно напоминающая морду летучей лиси…

Новоприбывшие.

- Ну-с, Бриндис, с вами мы почти закончили,- довольно произнесла Ингер, закончив зашивать миссис Фараго, еще недавно всегда улыбающуюся пожилую женщину, которая отравилась минувшим вечером во время просмотра телевизора. Девушка выключила диктофон.
Уголки губ покойницы будто бы приподнялись в слабой попытке улыбнуться. По крайней мере, так показалось Ингер. Дело осталось за малым.
- Закончила?- к Ингер заглянул Дежё, парень с вечно всклокоченными волосами соломенного цвета,- курить пойдешь?
Ингер посмотрела на Бриндис, накрыла ее простыней.
- Да, да, иди. Я догоню.
Дежё улыбнулся и, выхватив из кармана зажигалку, понесся на улицу, попутно доставая помятую пачку сигарет с вишневым вкусом.
- Эй, Дежё! - его окликнул Имре, высунувшись из своей каморки,- ты опять сожрал мой ужин?
- Ага,- бросил на бегу Дежё,- стоп, что?
Имре клацнул зубами. Дежё закатил глаза.
- Не трогал я твой ужин. Что ты начинаешь, один раз перепутал ланчбоксы, теперь цепляешься ко мне.
- Я бы тогда спросил: Дежё, ты перепутал…