К основному контенту

Новоприбывшие.

- Ну-с, Бриндис, с вами мы почти закончили,- довольно произнесла Ингер, закончив зашивать миссис Фараго, еще недавно всегда улыбающуюся пожилую женщину, которая отравилась минувшим вечером во время просмотра телевизора. Девушка выключила диктофон.
Уголки губ покойницы будто бы приподнялись в слабой попытке улыбнуться. По крайней мере, так показалось Ингер. Дело осталось за малым.
- Закончила?- к Ингер заглянул Дежё, парень с вечно всклокоченными волосами соломенного цвета,- курить пойдешь?
Ингер посмотрела на Бриндис, накрыла ее простыней.
- Да, да, иди. Я догоню.
Дежё улыбнулся и, выхватив из кармана зажигалку, понесся на улицу, попутно доставая помятую пачку сигарет с вишневым вкусом.
- Эй, Дежё! - его окликнул Имре, высунувшись из своей каморки,- ты опять сожрал мой ужин?
- Ага,- бросил на бегу Дежё,- стоп, что?
Имре клацнул зубами. Дежё закатил глаза.
- Не трогал я твой ужин. Что ты начинаешь, один раз перепутал ланчбоксы, теперь цепляешься ко мне.
- Я бы тогда спросил: Дежё, ты перепутал ланчбоксы? Ведь один бы из них остался с твоей едой. Но оба пустые, мать твою,- Имре швырнул в приятеля белую коробочку, в которую утром положил себе порцию риса с курицей. Дежё увернулся, показал Имре средний палец.
- С тебя ужин, засранец,- прогрохотал Имре, на которого такой жест действовал как красная тряпка на быка.
- Курить идешь?- спросила Ингер, подойдя к закипающему Имре.
- Угу,- буркнул он.
***
Выдохнув клубы дыма, Ингер ощутила, как тело немного расслабляется. Дежё смотрел на кружащие в воздухе снежинки, Имре бездумно глазел на обшарпанную стену морга.
Сгущались сумерки, в которых зажигались желтые и оранжевые прямоугольники окон жилых домов.
- Больше ведь никого, кроме этой жуткой старушенции?- спросил Имре, выдыхая дым. Он устроился на подработку к Ингер, чтобы быть в состоянии оплатить учебу на последнем курсе университета. Мертвые его не пугали, даже если они умерли не своей смертью и приезжали в черных пластиковых пакетах, а потом из них же и вываливались по частям. Дежё в этом плане не повезло - мертвецов он боялся, но делал все, для того, чтобы перебороть этот страх. Он тоже еще учился, как и Имре, но был на год его младше.
- Она не жуткая,- с полуулыбкой ответила Ингер, старавшаяся всегда уважительно относиться к новоприбывшим. Она полагала, что им и так несладко пришлось. Сначала умерли, а затем их в морг привезли. Так себе путешествие, если честно. Потом вскрытие еще, при котором человека видят не только обнаженным, но и все его внутренние составляющие изучают. То еще удовольствие.
- Жу-у-уткая,- закивал Дежё,- ты видела ее скрюченные пальцы?
- Не поверишь, я видела ее целиком, от макушки до пят. Ничего жуткого не обнаружила.
Имре и Дежё переглянулись.
- Хватит, в самом деле,- Ингер усмехнулась, поскольку после такого переглядывания начинали сыпаться шутки разного характера, местами совершенно непристойные.У Имре озорно заблестели глаза, а сам он надулся, словно вот-вот лопнет от нетерпения явить коллегам всевозможные остроумности.
- Вы же знаете, что мы договаривались не обсуждать новоприбывших,- Ингер старалась избегать слово "покойники", когда говорила о тех, которые сложены в холодильнике,- сегодня ты про них шутишь...
- А завтра они обгладывают тебе лицо,- не утерпел Дежё. Имре издал смешок, Ингер стряхнула пепел с сигареты в урну. Она хотела сказать, что завтра можно оказаться на их месте.
- Дебилы,- процедила она сквозь зубы. Раздалась трель звонка.
- Свежачок поступил,- Имре сделал последнюю затяжку и щелчком отправил окурок в урну.
***
Ингер озадаченно смотрела на тело юноши с огнестрельным ранением прямо посередине лба. Тело новоприбывшего было словно создано из белоснежного фарфора. Из него же, очевидно, была сотворена юная девушка на соседнем столе. Из груди у нее торчал обломок деревянной жерди. Во лбу такое же украшение, как и у товарища по несчастью.
- Ну надо же,- Дежё задохнулся от восхищения, склонившись над девушкой,- как в морг привезти такую красотку - пожалуйста, держи, Дежё, любуйся неподвижным, мертвым телом. А как в жизни повстречать ее - обойдешься, слишком она хороша для тебя.
Ингер же в свою очередь подошла к мертвому юноше и поняла, что у нее предательски подкашиваются коленки. Лицо мертвеца было самой настоящей работой искусного скульптора.
- Где они так нарваться умудрились?- спросил Дежё, качая головой,- это ж надо так, и жердь словить, и пулю.
Он задорно щелкнул девушку по носу.
- Растяпа.
Ингер тут же зашипела на него. Хоть они и работали довольно долго, Дежё еще умел удивить своими странными выходками.
- Не сметь! И вообще, иди закончи с миссис Фараго, зашить-то я зашила, помыть осталось. 
- Э-э, пусть Имре моет, я в прошлый раз старика мыл,- недовольно протянул Дежё.
- Он готовит инструменты,- нетерпеливо цокнула языком Ингер,- что ты как маленький, иди да помой Фараго.
***
Девушка выключила диктофон, подошла к выходу из кабинета. 
- Дежё,- позвала она санитара и его вихрастая голова тут же показалась в дверном проеме. Парень жевал, в руках у него был надкусанный эндвич.
- Чёрт тебя дери, Дежё! - закричала Ингер,- сколько раз я просила тебя есть только за столом в специально отведенном помещении для приемов пищи!
Парень проглотил прожеванное, улыбнулся. В его зубах виднелись остатки шпината.
- Знаешь, что мне всегда в тебе нравилось? Ты на одном дыхании выдаешь такие лихо закрученные предложения. Ух, аж мурашки по спине пробежали.
- Как мне тебя вытерпеть, чтобы не прикончить до конца года?- спросила Ингер, стягивая  рук перчатки.
- Ты не сможешь меня прикончить,- Дежё облизал пальцы,- кишка тонка.
- Я мертвецов препарирую как лягушек, ты отличаешься от покойников лишь способностью бегать и вопить от ужаса,- произнесла Ингер, тут же поднесла руки ко рту. Дежё расхохотался. У Ингер были разные заскоки. Одним из них был тот, который запрещал ей дурно выражаться о покойных в их же присутствии.
Дежё вдруг резко прекратил смеяться. Выпучив глаза, он таращился на мертвецов, которые оставались вне поле зрения Ингер. Она пыталась взглядом прожечь дыру в нерадивом подчиненном.
- Ты чего?- спросила девушка, увидев такую резкую перемену в лице санитара.
- Девка,- промямлил он,- девка рукой пошевелила.
Ингер обернулась на трупы.
- Совсем уже, да?- сморщилась Ингер,- помой их, я закончила.
Парень вцепился в предплечье Ингер, понизил голос до шепота.
- Она. Пошевелила. Рукой.
- Помой. Их.
Ингер отобрала у санитара остатки сэндвича и скрылась в коридоре.
***
- Знаешь, что самое интересное?- спросила Ингер, откинувшись на спинку стула. Она и Имре находились в комнате отдыха. На фоне работал маленький телевизор, который ловил лишь один канал с ретро-фильмами. 
- Что?- спросил Имре, жуя бургер, который купил в кафе через дорогу. Не оставаться же без ужина, впереди еще целая ночь. Его черные как смоль волосы были собраны в низкий хвост на затылке, а темно-серые глаза вперились в лицо Ингер. Имре плохо видел, поэтому ему приходилось напрягаться. 
- Пули были серебряными,- девушка пригладила короткие топорщащиеся волосы ярко-красного оттенка, который даже в приглушенном освещении привлекал внимание,- а на них были маленькие насечки, в виде крестиков. Крохотные такие. 
Имре размеренно жевал бургер, чувствуя, как ему хочется еще и он пожалел, что купил только один. Бормотание телевизора перекрыл громкий вопль Дежё. 
Ингер тут же соскочила со стула, Имре замер на месте, прекратив жевать. Не сговариваясь, они бросились в коридор. 
Дежё обнаружился в комнате с холодильником, где на полочках, как славные заготовки для праздника, были разложены мертвецы. Юноша, получивший пулю, уже был спрятан за металлической дверцей, а вот девушку уложить не получилось - ее рука крепко вцепилась в запястье Дежё, он и завопил. 
- Нашел из-за чего орать,- хмыкнул Имре, подошел к трупу, ухватился за пальцы, чтобы помочь другому санитару высвободиться да убрать тело. Не тут-то было. Пальцы не желали разжиматься. 
- Я говорил, что она шевелила рукой? Она живая!- у Дежё начиналась истерика. 
- У нее в башке дыра,- пробормотал Имре,- хватит дергаться, ты только мешаешь. 
Дежё бешено мотал рукой, за которую ухватилась покойница. Ингер видела, что у санитара уже глаза на мокром месте. 
***
Пока Ингер заваривала чай для трясущегося от каждого шороха Дежё, сидевшего на диване в комнате отдыха, Имре рассматривал покойницу. Ну надо же, в жизни бы не подумал, что она действительно мертва. Кожа белая-белая, с щек еще не сошел румянец. 
Глаза покойницы открылись. Имре отшатнулся назад от неожиданности, врезавшись спиной в холодильник. 
Помещение заполнилось оглушающей тишиной. Воздух словно загустел. 
Надо бы позвать ребят. Имре открыл было рот, чтобы сделать это, но понял, что не сможет. У него задрожали руки, а в горле как будто что-то застряло. Ни вздохнуть, ни заорать. 
Покойница не шевелилась. Она просто слепо смотрела в потолок глазами, в которых не было зрачков, только серебристая радужка и сероватый белок. 
У Имре отлегло от сердца. Так бывает, что напрягаться. 
Когда он подошел к мертвой, она резко повернула голову в его сторону. У Имре сердце ушло в пятки. В горле пересохло.
Санитар быстрым шагом направился к выходу из помещения, захлопнул дверь, запер ее на ключ. 
Позади него раздался грохот. 
***
- У нее открылись глаза,- не своим голосом произнес Имре, залетев в комнату отдыха и тут же направившись к шкафчику, где он припрятал бутылку виски. Отвинтив крышку, парень сделал несколько глотков прямо из бутылки. И даже не поморщился.
- Ты нормальный?- Ингер тут же отобрала виски,- совсем обнаглели. 
- Она открыла глаза!- закричал Имре,- а потом повернула голову, чтобы получше меня рассмотреть!
Дежё вылупился на него так, что, казалось, его глаза вот-вот вылезут из орбит. Ингер попыталась отшутиться.
- Все просто потому, что вы не выказываете должного уважения умершим. 
- Я слышал, что когда покойник открывает глаза, то он смотрит кого бы еще забрать на тот свет,- жалобно проскулил Дежё,- и если встретиться с ним взглядом, то ты точно труп. 
Име стало не по себе от слов приятеля. Покойница смотрела на него. 
На него. 
Ингер замерла, внимательно глядя на парня, а потом покачала головой. 
- У меня есть такое подозрение, что вы не первый раз за день эту бутылку достаете. 
Она убрала виски обратно в шкафчик, направилась к выходу из комнаты отдыха. 
За ней стоял тот юноша, которого привезли с пулей во лбу. Только теперь его глаза были открыты, а от ранения не осталось и следа. 
Его губы растянулись в сладкой улыбке. 
Имре подскочил к Ингер, захлопнул дверь перед носом покойника. Потом притащил стул и подпер им дверную ручку.  
***
Ингер полезла в шкаф, достала недавно спрятанную бутылку виски и в точности повторила ритуал Имре. Не приходилось ей еще видеть, как покойник самолично расхаживает по помещению морга. Ее морга. 
Горло неприятно обожгло. Виски плюхнулось в желудок, окатив жаром пищевод. 
Мертвец скребся в дверь. Пару раз попытался просунуть пальцы в щель между полом и дверью, но Имре сразу наступал на них сапогом. Тогда мертвец издавал приглушенное рычание, отдергивал руки, продолжал скрестись, дергать ручку. 
- Надо сваливать,- изрек Дежё дрожащим голосом. С дивана он так и не встал. Ноги отказывались слушаться. Надо было сваливать еще тогда, когда девка пошевелила рукой.
От звука свистка закипевшего чайника все трое вскрикнули. Имре подбежал к окну и задернул занавески, выключил конфорку под визжащим чайником. 
- Как мы свалим?- спросил он, повернувшись к остальным. Мертвец не переставая царапал дверь, при том его рычание становилось все громче, страшнее. 
Но вдруг все оборвалось. 
Наступила тишина. Ингер приложила ухо к поверхности двери. Ничего.
Потом опустилась на четвереньки, кое-как взглянула на кусочек коридора, открывающийся в щели между полом и дверью. 
- Он ушел,- неуверенно произнесла девушка, встав с пола,- вроде как. 
Почему он просто не выломал дверь? Если ему огнестрельное в голову не помеха, дверь вообще может смести одним ударом кулака.
Имре накинул на плечи куртку, порыскал в карманах и достал ключи от автомобиля. На его лице читалось явное облегчение. 
- Я думал, что забыл их в сумке в другом кабинете,- пояснил он. 
За дверью послышались шаги. Ингер замерла на месте. Ее огромные глаза заблестели от слез. Она вдруг представила, что будет лежать по соседству вместе с теми, кого вскрывала сегодня утром. Ее затошнило. 
Девушка согнулась пополам. Содержимое ее желудка выплеснулось на симпатичный коврик, купленный в прошлом году на гаражной распродаже. Дежё прикрыл себе рот рукой, чтобы его тоже не вывернуло, кое-как сполз с дивана, подал Ингер салфетки.
- Мятной конфетки не будет?- слабым голосом спросила девушка, сгорая от стыда. 
Имре достал начатую пачку жевательных конфет со вкусом клубники. 
- Мятных нет. 
Ингер поблагодарила его, взяла одну конфету трясущимися пальчиками. 
Шаги за дверью стали удаляться, но затем троица услышала нарастающий топот. Ингер замерла на месте. Этот звук напоминал стук копыт. 
Имре в мгновение ока оттащил ее в сторону, Дежё отскочил сам. 
***
Дверь пролетела через комнату, выбила оконное стекло, приземлилась где-то в темноте закоулка, на который смотрело окно комнаты отдыха.  Ингер заорала так, что уши не заложило разве только у покойника, который стряхнув с себя щепки, повернулся к застывшим от ужаса. 
У мертвеца действительно были копыта. 
Человеческие ноги превратились в крепкие лапы, с выгнутыми назад коленками. Длинный хвост, напоминавший хлыст, обвивал его талию. Наверное, чтобы не мешался. 
Покойник захохотал. Ингер не прекращала вопить от страха, а он смеялся. 
Смеялся так, словно все происходящее для него забава. Чтобы нагулять аппетит. 
Он бросился к троице, однако Имре схватил стул и выставил вперед его ножки, отбросил мертвеца назад. 
- Валим, валим!- бешено проорал он, пятясь к дверному проему, попутно выпихивая в коридор Ингер и Дежё.  
Однако последний замешкался, когда увидел, что в уголке за комнатой отдыха, притаилась покойница, которая ухватила ее за руку. В полумраке ее глаза светились, как у кошки. Дыры во лбу как ни бывало. Она робко улыбнулась Дежё. 
А потом ее нижняя челюсть вытянулась вниз и Дежё увидел частокол из острых зубов-шипов. Покойница метнулась к нему, вцепилась зубами ему в правое плечо. Дежё задохнулся от острой боли. Мертвая снова оскалилась, с трудом вытащив зубы из плеча санитара, что тоже вспыхнуло огнем у него в руке. Она смотрела на Дежё так, будто бы вопрошая его о чем-то. Мол, смотри, какая я, не встречал еще таких никогда. 
Имре не стал с ней миндальничать и просто ударил ее в нос дважды. Потом оттащил от нее своего приятеля. 
Покойник, выбивший дверь, заржал как конь и у Ингер волосы на затылке встали дыбом. Слышать такой звук от еще недавно мертвого человека означало распрощаться с давно сложившейся картиной мира, в которой не находилось место противоречиям. 
Мертвец сделал прыжок по направлению к троице, сбил с ног Имре. 
Из груди покойника вырвался ликующий вопль. Ингер отскочила в сторону, лихорадочно соображая что делать. 
Мертвец занес копыто над грудью Имре. 
- Ах ты мразь! - успел выкрикнуть тот. 
С громким треском грудная клетка проломилось. Имре издал слабый стон, прежде чем его сердце было раздавлено. Мертвая девушка гортанно захрипела от предвкушения трапезы, села на пол, склонилась над Имре и откусила ему ухо.
Покойник с вызовом смотрел на Ингер, у которой по щекам потекли слезы.Она бы так стояла и смотрела, как Имре перегрызают горло, начинают медленно объедать его лицо. Дежё привел ее в чувство звонкой пощечиной, потащил в кабинет, где хранилась документация и проводились встречи. 
***
Ингер не помнила как перебинтовала плечо Дежё. У нее до сих пор перед глазами была ухмылка покойника, безжизненное лицо Имре. 
- До ключей от его машины мы вряд ли доберемся,- кряхтел Дежё, когда Ингер помогала ему обратно натягивать рубашку,- на своих двоих уйти сложновато будет. Они в два счета настигнут нас. 
Ингер безучастно кивала головой. До нее только сейчас начало доходить вся абсурдность ситуации. Она действительно могла составить компанию всем, кто находился в холодильнике. 
Это был ее самый главный страх детства и сейчас он начинал превращаться в реальность. 
Насмотревшись всевозможных фильмов ужасов, она никогда не приходила к отцу на работу, чей морг перешел к ней, как и профессия. Отец не обижался, он прекрасно понимал, что к такому нужно привыкнуть. 
- Каковы уроды, а,- ворчал Дежё, утирая слезы. Плечо невыносимо горело, словно его обмазали какой-то липкой горючей жидкостью, подожгли и огонь не собирался униматься. Перед глазами все плыло, цвета исчезали. 
- Не нужно было вытаскивать пули,- вздохнула Ингер. Вероятно, эти существа уже предприняли попытку поохотиться на кого-то, но им дали достойный отпор. Убить это их  не убило, просто замедлило. 
В дверь поскреблись. 
Ингер подошла к ней, прижалась ухом. 
- Мразь,- прошелестел с той стороны голос Имре. У девушка побежали мурашки по коже. 
Скреб. 
Скреб. 
- Ах ты,- прозвучало уже чуть громче. Ингер закусила нижнюю губу до крови. Это был голос Имре, вне всяких сомнений. 
- Мразь,- донеслось снова. Девушка испуганно оглянулась на Дежё. 
- В чем дело?- спросил он, утирая со лба холодный пот. Парня трясло. Ему одновременно было и холодно, и жарко. 
- Возможно, я схожу с ума,- пролепетала Ингер,- но я слышала голос Имре. 
Дежё замахал рукой. 
- Не открывай, ты что!
- Я и не собиралась,- девушка снова слышала как с той стороны заскреблись. Более настойчиво, упрямо. И в то же время осторожно, даже вкрадчиво, мол, я поскребусь, а ты уж сама реши - впускать или нет. Не пустишь? Ну не страшно, еще поскребусь. 
- Мра-а-азь,- протянул голос Имре из коридора уже так громко, что Дежё весь съежился, подкрался к двери. Ингер полезла в верхний ящик письменного стола, где лежал скальпель отца, аккуратно завернутый в мягкую ткань и положенный в продолговатую коробочку.
- Уходи!- крикнул Дежё, обращаясь к тому, кто стоял за дверью. В ответ лишь смех.
- Уходи,- он услышал свой голос,- мразь. 
Дежё опешил. И тут же завыл - боль расползалась вниз по руке, до самых кончиков пальцев. Он сел на пол, прислонился к стене. 
- Интересно, а с рассветом они уйдут?- поинтересовался парень, стискивая зубы. 
Скреб. 
Скреб. 
Послышался цокот копыт на крыше. В этот момент Ингер немного пожалела, что не учила молитвы, которые от руки записывала ей бабушка. 
Цок. Цок. 
Цок. 
Копыта протанцевали через всю крышу, потом донесся грохот сразу за окном у стола, рядом с которым находилась Ингер.  
- Чёрт, чёрт, чёрт,- заскулил Дежё, скривившись от боли. Рука начала пульсировать. Пальцы будто запихнули в мясорубку.
Скреб.
- Мразь,- сказал голос Имре. 
Цокот под окном. 
У Дежё сложилось ощущение, что рука удлиняется, как и вытягивается нижняя челюсть. 
Стекло разлетелось вдребезги, Ингер едва успела закрыть лицо руками. В кабинет залезла покойница. Ее руки и низ живота поранились о торчащие остатки стекла на раме, пока она проникала в комнату., но мертвая будто этого и не заметила. 
Покойница подскочила к Дежё, схватила за шею. Дежё заверещал от боли и страха. 
Ингер воткнула скальпель в спину мертвой, за что ее моментально отшвырнули к дальней стене. Она ударилась спиной, дернулась и затихла. 
Покойница открыла дверь изнутри, впустила своего товарища. Дежё натурально разрыдался. Среди всхлипов можно было разобрать, что он очень просит отпустить его, не есть. Они же уже съели Имре, зачем им еще и он!
- Мразь,- сказал мертвец голосом Имре. Дежё почувствовал, что у него намокли штаны. Мертвая девушка засмеялась птичьей трелью, поцеловала его в губы, достигнув холодным длинным языком горла Дежё. 
***
Фотографии Имре и Дежё висели в кабинете Ингер. Имре был как всегда мрачен, Дежё улыбался как чеширский кот. Ингер нет-нет да и поглядывала на приятелей во время работы с документами. Для работы с телами на наняла другого специалиста. 
Раздалась трель звонка. Новоприбывшие. 
Женщина ослабила тугую косу, которая успела порядком надоесть за весь день.
В дверном проеме появился Саймон, один из санитаров. 
- Не хотите взглянуть на новенького?- на его обеспокоенном лице горели любопытством два голубых глаза. Ингер выкатилась из кабинет на своем инвалидном кресле, поехала вслед за санитаром в помещение, куда привозили новоприбывших. 
Едва взглянув на мертвеца, она схватилась за сердце и заорала:
- Пулю не трогать!
На столе лежал Дежё, такой же молодой, как на фотографии в ее кабинете. 
У него была дырка от пули прямо посередине лба. 

Популярные сообщения из этого блога

Паразит.

За стеной кто-то громко закричал, я вздрогнул и проснулся. Горела лампа, очки съехали на кончик носа, книжка валяется на полу. Следом за криком последовал глухой удар, будто что-то бросили на пол. И снова вопль.
В углу у окна, забравшись под полупрозрачные занавески, согнувшись в три погибели, сидел Пиявка. - Ты опять этого старого алкаша донимал?- поинтересовался я, сев на кровати, пытаясь сообразить который сейчас час. Приплюснутая морда, как у нетопыря, осторожно выглянула из-за занавески. Сосед продолжал орать. - Вроде же договорились, что соседей справа и слева ты не трогаешь,- я откинул одеяло, потер глаза, свесил ноги с кровати. Пиявка выбрался из-за занавесок, хлопая своими огромными зелеными глазами, которые в темноте светились, как у кошки. - Да я ж маленько,- ответил он мне словами того самого алкаша, который сейчас метался за стенкой. Вообще Пиявка мало разговаривал, однако со мной почему-то он мог выдавить из себя пару фраз, которых набрался от людей, живущих в нашем доме…

Сапожок.

Макс поднял глаза к хмурому небу, затем беспомощно обвел взглядом мрачные деревья. Казалось, что они подбираются к пареньку все ближе, постепенно смыкаясь вокруг него в плотное кольцо.
Юноша угрюмо смотрел на то, как Пряник неуклюже ковыляет за ним, крепко-накрепко вцепившись в детский резиновый сапожок нежно-голубого цвета.
- Устал?- спросил юноша, сбрасывая рюкзак на опавшие листья. Пряник закивал, приостановившись и свесив голову на бок, вывалив из раскрытой пасти длинный розовый язык. Запыхался, бедняга.
Пряник подошел поближе к Максу, а потом сел на землю, по-хозяйски разложив на траве длинный хвост.
- Надо бы поесть,- вздохнул паренек, усаживаясь рядом с Пряником. Тот выжидающе посмотрел на паренька, засвиристел, нетерпеливо заерзав на месте.
- Да как так можно, одно сладкое жрать!- паренек принялся рыться в рюкзаке.
Пряник захныкал. Не выпуская сапог из лапок, он пододвинулся к рюкзаку Макса, что-то пропищал. Его странная мордочка, отдаленно напоминающая морду летучей лиси…